About

     Главная

    Издателям

     Письма читателей

    Веселая
     автобиография

    Книга - Круг судьбы

    Варианты обложки

     Книга - Лунный фавн

    Книга - На опушке
      последнего лесa

    • Книга - Приключения
      Осмотрительного

    Книга Точка отсчета – 2017

    Книга Точка отсчета – XXI
      Исходники 1. Ресурсы

    Книга -
      Тайный зритель

    Мастер Класс

    Фотоальбом

    Стихи и рассказы

     Картины и фото

    Экранизация

    Дружественные
     сайты

    Гостевая

Интернет магазины, где можно приобрести книгу "Круг судьбы"
ozon.ru
bolero.ru
bookpost.ru


Яндекс.Метрика

©    Марк Лотарёв, 2009

На предыдущую

ДЕТСКАЯ КОЛБАСА, БАНАНЫ И ШОКОЛАДКА


           Тигренок всегда относился с опаской к большим ножам. А у этих ножей вид был до того жуткий, что казалось – одно легкое движение, и голова Осмотрительного отделится от туловища.
           Вдруг у парня в черном костюме есть такой нож? Не зря же он так внимательно рассматривает этот отвратительный журнал.
           Тигренок невольно посмотрел в сторону входа в казино. Может быть, Оля и Юля вернутся? Но тут же вспомнил, что смуглая Юлька тоже грозилась оторвать ему голову.
           Тихонько повернувшись, Осмотрительный обследовал взглядом ячейку стеллажа. В глубине этого «домика», конечно, гораздо темнее, но спрятаться всё равно не получится.
           Шарики внутри тигренка тоскливо зашевелились. Шагнув к самому краю ячейки, он осторожно оглядел холл.
           В холле казино по-прежнему не было ни души. Парень за столом, не отрываясь, читал свой журнал. Охранник у входа в зал стоял спиной к камере хранения. Момент был самый подходящий. Не раздумывая ни секунды, Осмотрительный шагнул в пустоту и полетел вниз, цепляясь лапами за полки стеллажа. Это смягчило силу удара, и лапы тигренка, наполненные шариками, стукнули по полу гораздо тише, чем при обычном прыжке с такой высоты.
           Сидевший спиной к тигренку парень оторвал взгляд от журнала, рассеянно посмотрел по сторонам, глянул мельком в сторону стеллажа, но ничего нового не заметил. Через несколько секунд его голова снова склонилась к поверхности стола.
           Уф-ф, – перевел дух застывший тигренок.
           Куда бы спрятаться?
           И вдруг его нос уловил знакомый запах детской колбасы. Любимой колбасы его хозяйки.
           Ах, как любила ее есть Катя! Во всех видах. И просто так, без ничего. И поджаренную на сковородке с яйцом. И запеченную на булке в микроволновке.
           Черный нос Осмотрительного словно приклеился к этому чудесному, надежному запаху. Казалось, пойдешь на него и волшебным образом попадешь в счастливое время, где Катя здорова. И они снова вместе. И Катя весело смеется. И учит тигренка читать...
           Осмотрительный сам не заметил, как оказался у большого белого пакета, стоявшего в одной из нижних ячеек стеллажа. Пакет явно был набит продуктами, потому что оттуда пахло еще и бананами, и йогуртом, и шоколадом, и даже бумажными деньгами. Но всё перекрывал чудесный запах обезжиренной детской колбасы.
           Оглянувшись на парня, который продолжал увлеченно читать, Осмотрительный стал осторожно карабкаться вверх по скользкой поверхности пакета. Он уже преодолел половину пути, как вдруг пакет предательски прогнулся вниз под тяжестью тигренка и оглушительно зашуршал. Во всяком случае, так показалось Осмотрительному.
           Все шарики тигренка пронзило ледяным холодом. Даже те, что были у него в лапах. Он мгновенно замер на пакете, не решаясь хоть на миллиметр повернуть голову в сторону сидевшего за столом парня. И к лучшему. Потому что парень в черном костюме снова вскинул голову и огляделся.
           Что за непонятный звук ему послышался? Уже во второй раз. Работник камеры хранения внимательно посмотрел на Володю – охранника, стоявшего у входа в зал. Похоже, Володя ничего не услышал. В холле тоже ровным счетом ничего не изменилось. За спиной у него, в камере хранения, никого нет. Может быть, крысы завелись?
           Губы парня тронула чуть заметная усмешка. Чушь какая-то. Невольно пожав плечами, он снова склонил голову к столу и перевернул страницу журнала. Описание технологических достоинств различных тяжелых ножей, предназначенных для убийства, будоражило в его душе какие-то древние струны. В нем словно пробуждалась память об иных, необузданных и диких временах. Когда люди на Земле осторожно крались в лесах. И еще не построили ни одного современного казино.
           Прошло долгих десять или даже двадцать секунд. Но ничего не произошло. На пакет вокруг тигренка не упала ничья тень. Властная рука не схватила его за загривок. Осмотрительный медленно повернул голову и скосил черный глаз в сторону сидевшего за столом парня. Ноги в черных туфлях с узкими носами по-прежнему оставались скрещенными между ножками стула. Черные брючины разлеглись на полу. Над спинкой стула возвышались широкие плечи в черном пиджаке и неподвижная шея с ровным краем темных волос.
           Неужели он не услышал, как зашуршал пакет?!
           Как бы то ни было, лучше действовать.
           Прогнувшаяся поверхность пакета теперь надежно лежала на твердых упаковках продуктов. Словно хотела оправдаться за учиненный ею предательский шум. Осмотрительный прыгнул к узкому входному отверстию пакета и забрался внутрь.
           Теперь он никого не видел. Зато и его никто не может увидеть. Во всяком случае, пока кто-нибудь не раскроет пакет.
           Не долго думая, тигренок стал потихоньку пробираться на самое дно. Миновал упаковку с йогуртами. Проехал боком по гладкой шоколадке. (Какие знакомые, приятные запахи!) Сдвинул шершавый плод киви, с удивлением обнаружив за ним одинокую денежную купюру. Протиснулся вдоль длинной, мягкой булки, залез под гроздь больших, изогнутых бананов и уткнулся носом в пахучее, толстое бревнышко детской колбасы.
           А вдруг этот пакет принадлежит Катиному папе? – размечтался он, забыв на минуту обо всех горестях. Вот будет сюрприз, когда на кухне начнут выкладывать из пакета продукты, и вдруг он неожиданно выпрыгнет на стол! Так, что Ника, и Катя, и Игорь сначала отпрянут. А потом Катя всплеснет руками и закричит: «Так вот где ты спрятался!»
           Но тут Осмотрительный вспомнил, что Катя вовсе не дома, а в загадочной «Первой неотложке», и ему стало так грустно, что он чуть не заскулил.
           Ну и ладно, – решил Осмотрительный принюхиваясь к запаху колбасы. Тогда он выпрыгнет из пакета, когда Катин папа принесет ей продукты в больницу.
           Он попробовал представить себе, какой едой кормят в «Первой неотложке», и брезгливо встопорщил усы. Наверняка еда там невкусная. А чем лучше всего кормить заболевшего человека? Конечно же, тем, что ему больше всего нравится.
           Удивительное дело, все продукты в пакете были собраны как будто специально для Кати. Она обожает бананы. С восторгом лакомится киви и шоколадками. Фруктовые йогурты выпивает большими глотками. Булки предпочитает хлебу. А эта детская колбаса – вообще ее любимый продукт! И деньги Катя всегда показывает ему с удовольствием.
           Может быть, судьба наконец привела его в нужное место? И скоро они поедут в «Первую неотложку»?..

           Между тем удравшие из казино подружки Оля и Юля стремительно мчались по улице, взахлеб тараторя о своем приключении.
           – Нет, правда, с этой последней фишкой классно получилось? – блестела глазами раскрасневшаяся Юлька. – Блеск!
           – А я тебе что говорила? В первый раз всегда везет.
           – Ну да, везет… Что же мы тогда все свои фишки продули?
           – Но ведь потом же выиграли! Что, скажешь, нет?
           Разгоряченная Оля едва поспевала за своей подругой.
           – Ага. На чужую фишку, – расхохоталась Юлька.
           – А что, есть разница? – искренне возмутилась Оля. Она отлично помнила, как нашептывала на эту последнюю, решающую фишку магические заклинания, поднеся ее к самым губам. И случилось чудо. Ее заклинание сработало! Может быть, как раз потому, что она старалась не для себя, а для Юльки. А теперь эта свинья хочет умалить ее заслуги.
           – Нет, мать, ну ты даешь, – восхищенно мотнула косичками Юля. – Никогда бы не подумала, что ты можешь чужую фишку спереть. Ты когда на нее своего тигренка поставила?
           – Да не ставила я на нее никакого тигренка, – воскликнула Оля и вдруг остановилась, как вкопанная. – Стой. Мы же тигренка забыли!
           Юлька тоже остановилась, укоризненно глядя на свою подругу.
           – А ты что, его не взяла со стола? – спросила она осуждающе.
           – Нет, не взяла! Ты же так спешила, что я и руку протянуть не успела.
           – А в рюкзаке? – кивнула Юля на Олин рюкзачок.
           Бурно дыша, Оля скинула со спины рюкзак, вжикнула молнией и вмиг перевернула вверх дном все конспекты. Тигренка – не было.
           – Ты точно помнишь, что его не брала? – серьезно спросила Юля.
           – Ничего я не помню, – огрызнулась Оля. – Ты же меня тащила, как психованная.
           – Наверное, он там, на столе остался, – с сожалением сказала Юлька.
           Оля бурно дышала. От ее восторга не осталось и следа. Казалось, она готова отдать весь их выигрыш за то, чтобы снова увидеть своего тигренка.
           – Вот облом, – Юля искренне огорчилась. – Да, жаль. Может, он нам бы еще удачу принес.
           – Ну ладно, мать, – сочувственно тронула она расстроившуюся подругу. – Не грузись. Бог дал, Бог взял. Пошли.
           – Сейчас, погоди, – Оля неловко запрыгала на одной ноге, машинально застегивая рюкзачок.
           – Давай, помогу, – предложила Юлька.
           Но Оля отстранила рюкзак в сторону и сама довела молнию до конца. По инерции она сделала несколько шагов вслед за подругой, но тут же остановилась снова.
           – А тигренок?
           – А тигренок твой в казино останется, – отрезала Юля. Ей вовсе не улыбалось снова оказаться в казино, откуда они так удачно слиняли. Вдруг эта вобла крупье опомнилась и нашла того лысого мужика? Охрана у них суровая. Наедут за воровство фишек, и – прощай денежки. А деньги ей нужны позарез.
           – Слушай, – ласково предложила она подружке, которая, как идиотка, застряла посреди улицы. – У нас же денег до фига. Ну хочешь, пойдем сейчас в магазин и купим тебе точно такого же тигренка?
           – Правда-правда, – добавила она, видя, что Оля неуверенно качает головой. – Ну пошли. Прямо в Детский Мир. Только сначала в банк зайдем, я деньги заплачу.
           Юля попыталась сдвинуть подругу с места, но Оля строптиво оттолкнула ее руку.
           – Слушай, ты что, правда не врубаешься? – не выдержала Юлька. – А ты подумала, что будет, если тот мужик свои фишки пересчитал? А если эта баба крупье его нашла и спросила: давал он нам фишку или нет? Ты видела, какая у них охрана? Они нас сразу за задницу возьмут. Думаешь, они там все дураки такие? Или семьсот долларов для них – не деньги? Да эта крупье нас сразу раскусила. Просто не хотела кипеж поднимать раньше времени. Думала, что мы эту фишку проиграем, и дело с концом. А мы выиграли! Ты что, думаешь, я просто так оттуда рванула? Да нам еще повезло, что смыться успели! С деньгами.
           – Подумаешь, – угрюмо фыркнула Оля.
           – Что, подумаешь? Тебе что, в милицию захотелось?
           – Между прочим, если бы не Васька, мы бы вообще ничего не выиграли.
           Оля упрямо поджала губы, и Юлька поняла, что ее подруга готова на очередной закидон.
           – Мать, ну что ты, как чокнутая, – дружески положила она руки на Олины плечи. – Да мне твоего тигренка и самой жаль. Честное слово. Такой прикольный. Ну хочешь, мы потом в казино пойдем? После того, как я взнос заплачу. Все равно на занятия уже опоздали.
           Юля вытащила мобилку, взглянула на часы и охнула:
           – Ольчик, пойдем скорее. А то мы в банк опоздаем. Там перерыв с часу до двух.
           – Мне этот взнос уже вот где, – выразительно потыкала она себя пальцами в горло. – Если я его сейчас не заплачу, наверняка опять что-нибудь случится. А ты меня в казино тащишь. Со всеми деньгами.
           – Ну пошли, кончай тормозить, – Юлька участливо заглянула Оле в глаза.
           – А если его за это время кто-нибудь заберет? – Оля по-прежнему не желала двинуться с места.
           – Господи, как ты меня достала, – закатила глаза Юлька. – Да кому он там нужен, твой тигренок?
           – Ну всё, – сказала она решительно. – Хочешь, иди сама! Я за тебя в милиции отдуваться не собираюсь. А мне в банк надо. Деньги родительские заплатить. Поняла?
           – Поняла, – обиженно надула губы Оля. – Между прочим, тебя никто не держит. Хочешь, иди. Я-то тут при чем?
           – И пойду, – сказала Юля, но осталась стоять на месте.
           – Ну и иди. А то в банк опоздаешь.
           Оля немного помедлила, стараясь не смотреть на свою подругу. Потом неуверенно бросила:
           – Ну пока, – повернулась к Юле спиной и пошла в обратную сторону.
           – Пока-пока! – неприятным голосом крикнула ей вслед Юлька.
           Скорчив рожу в спину подруге, смуглая девушка решительно развернулась и, воинственно потряхивая косичками, быстро зашагала по направлению к Сбербанку.

           – Извините, мы тут у вас тигренка забыли, – робко сказала Оля стоявшему у дверей казино рослому охраннику в черной форме.
           Тот сразу узнал молоденькую девчонку, которая минут десять назад выбежала из казино вместе с подружкой, глупо радуясь выигрышу. Про них еще спрашивал Николай – один из младших менеджеров, – вертевший в руках детскую игрушку.
           – Живого, что ли? – сделав невозмутимое лицо, спросил охранник.
           – Нет, игрушечного, – смущенно фыркнула Оля.
           – В камере хранения спросите, – охранник сурово кивнул девушке на стеклянные двери.
           Вот это мужчина, – думала Оля, прошмыгнув в двери казино и кивнув кассирше, уставившейся на нее из-за стекла кассы. Охранник казался ей таким мужественным, как будто он жил в ином, фантастическом мире, похожем на захватывающий кинобоевик.
           – Я в камеру хранения. Мы тут тигренка забыли, – пояснила они второму секьюрити, сделавшему легкий шажок в ее сторону.
           Плотный парень, одетый уже не в форму, а в строгий черный костюм, молча кивнул, и Оля прошла в холл, обогнув плавную стену кассы.
           В тот самый момент, когда она направилась к камере хранения, из зала казино вышел лысоватый мужчина средних лет с нездоровым цветом лица.
           Оля узнала его мгновенно. Это у него полчаса назад они сперли пятисотрублевую фишку. Вернее, она как-то оказалась под тигренком.
           Лицо у их бывшего соседа по игровому столу было мрачное. Как видно, всё это время он продолжал исправно проигрывать. И может быть, проиграл вообще все свои деньги.
           Оля остановилась, не зная, что предпринять? Мельком глянула на неприятного типа в костюме, который продолжал за ней наблюдать.
           Ну что за невезуха такая!
           Может быть, переждать?
           Ну уж нет.
           Решительно поджав губы, Оля твердым шагом двинулась к камере хранения. В сторону лысого мужика она старалась не смотреть.
           К стойке они подошли одновременно. Даже не взглянув на девушку, мужчина громко брякнул номерок на столешницу, хотя работавший в камере хранения парень уже поджидал его, заранее встав со стула. Сотрудник казино с невозмутимой, любезной улыбкой взял номерок, а мужчина повернул голову к Оле и отшатнулся от неожиданности. Он тоже сразу ее узнал. Еще бы! Эта девчонка со своей взбалмошной подружкой испортила ему сегодня всю игру!
           Оля ответила мужчине гордым, независимым взглядом. Подумаешь, богатый Буратино. Таскается по казино в рабочее время.
           Мужчина поспешно отвел глаза. Его пальцы нервно постукивали по пластиковому прилавку.

           А в это время притаившийся на дне пакета Осмотрительный ощутил сильный рывок вверх. Лапы его взвились в воздух и одновременно уперлись в тонкий полиэтилен. Где-то внизу стукнул о полку стеллажа брелок с номерком. И вдруг – прямо там, куда его несут! – раздался знакомый ему девичий голос:
           – Извините, вам минут десять назад не приносили тигренка? Такого маленького.
           Голос этот принадлежал курносенькой Оле. Той самой, которая пристально смотрела на него зелеными глазами и старалась превратить его в нечто ужасное. В крестраж по имени Васька. И не ущипни ее тогда вторая девушка Юлька, Осмотрительный наверняка бы уже расстался со своею душой.
           Только попасть в руки к Юльке – ничуть не лучше, чем оказаться в руках у Оли. Вдруг эти девчонки опять проиграли все свои кружки, и Юлька пришла за его головой? Наверняка она где-то тут рядом.
           Шарики внутри тигренка слиплись в плотный комок и легли на самое дно брюшка. Чья-то сильная рука вздернула пакет вверх. Потом – резко опустила вниз. Какой-то миг тигренок парил в невесомости. Но вот его лапы снова уперлись в твердую поверхность, и сразу же на него навалились сверху бананы. Осмотрительный распластался по дну пакета, всей душой надеясь, что его лапы никто не заметит.
           – Да, был тигренок, – услышал он прямо над собой любезный голос парня, который смотрел журнал со стальными ножами.

           Осмотрительный не мог видеть, как парень в черном костюме повернулся к стеллажу и замер, удивлено уставившись на пустую ячейку. Наверное, оно и к лучшему. Ему и без того хватало забот и волнений.
           А парень стоял и не верил своим глазам. Он точно помнил – каких-нибудь десять минут назад он собственноручно поставил туда плюшевого тигренка. И всё это время находился в камере хранения. Более того, за это время никто даже не подходил к прилавку! С утра в казино пусто, почти никого нет.
           Может быть, тигренок свалился? Взгляд парня метнулся к полу, но желтого тигренка внизу не было. Да он бы его наверняка заметил, когда только что брал с полки пакет.
           Ощущая спиной нетерпеливое молчание девушки, сотрудник казино присел на корточки, заглядывая во все закутки. Игрушечный тигренок как в воду канул.

           Между тем над головой Осмотрительного сгущались опасные тучи. Края пакета вдруг громко зашуршали и раздвинулись, пропустив внутрь изрядную порцию света. Продукты над тигренком зашевелились, передвигаемые чьей-то сильной рукой.
           Осмотрительный поджал лапы и изо всех сил прижался к поверхности под дном пакета. Может быть, его шерстка сольется с желтыми боками бананов? И его не заметят?..
           – Ничего не понимаю, – услышал он недоуменный голос парня в черном костюме. – Он на этой полке стоял.
           – Может, свалился? – подсказал ему голос Оли.
           – Да я уже тут всё осмотрел.
           – Может быть, вы его кому-нибудь другому отдали?
           В ответ парень только выразительно хмыкнул.
           – Может быть, вы его положили кому-нибудь в сумку и не заметили? – настаивал голос Оли.
           Бананы над тигренком предательски дрогнули. Щелкнула, как парус, денежная купюра.
           – Нет, – уверенно сказал голос парня где-то рядом с пакетом. – Я же вас запомнил. Вы мне рюкзак сдавали. Да и не было здесь никого после того, как вы ушли. Только вашего тигренка принесли. И я его на верхнюю полку поставил…
           Бананы замерли.
           Всё, – с отчаянием подумал Осмотрительный, – Заметили.
           Но тут стенки пакета снова коротко шорхнули, и свет заметно померк. Тонкое дно поехало по прилавку, и вдруг тигренок упал в пустоту, и через секунду закачался в воздухе, упираясь лапами в натянувшийся полиэтилен. Шаги у человека, который его нес, были основательные. Они никак не могли принадлежать ни Оле, ни Юльке.
           – Ну он же не мог сам уйти, – услышал тигренок жалобный голос Оли.
           – Понятно, что не мог, – озабоченно ответил ей парень, любивший ножи.
           Их голоса удалялись, но Осмотрительный все еще боялся пошевельнуться. И изо всех сил надеялся, что его принесут в больницу. К Кате!


ОСМОТРИТЕЛЬНЫЙ ПРЕДАЕТСЯ ВОСПОМИНАНИЯМ


           Голоса Оли и работника казино смолкли. Сверху повеяло уличной прохладой. Человек, несший пакет, остановился.
           – Вас отвезти? – услышал тигренок новый, уверенный, мужской голос.
           Хозяин пакета ничего не ответил, но через несколько секунд неподалеку заработал автомобильный мотор и послышался характерный шум едущей машины. Машина остановилась в двух шагах от пакета.
           – Вам далеко? – спросил голос еще одного мужчины.
           – На Журавлевскую.
           Сердитый мужской голос, раздавшийся сверху, был совершенно незнаком Осмотрительному. Но, судя по одновременному легкому рывку, он принадлежал как раз хозяину пакета.            Может быть, это какой-нибудь знакомый отца Кати? – подумал тигренок. «Журавлевская» – надо запомнить.
           Тихо клацнула открывшаяся дверь автомобиля. Пакет с тигренком совершил плавное путешествие по воздуху и опустился на большие, мужские колени.
           – А куда на Журавлевской? – спросил голос водителя, когда машина уже поехала.
           – Автомастерскую знаете? Около «Каштана».
           Голос мужчины, забравшего пакет, был не очень-то похож на голос кого-нибудь из знакомых отца Кати. Скорее наоборот, он напомнил тигренку о том неприятном дядьке из казино. С толстым, желтым перстнем на пальце. И ехать этот голос потребовал совсем не в больницу. А в какую-то автомастерскую около каштана.
           Осмотрительный знал, что каштан – это такое красивое дерево с большими узорчатыми листьями. Весной на нем распускаются восхитительные, огромные грозди белых цветов. А осенью Катя бросается подбирать под этим деревом коричневые, матово блестящие и гладкие, как будто их отшлифовали бархатной тряпочкой, каштаны. Каждый каштан Катя внимательно осматривает, обтирает о свою куртку и показывает Осмотрительному:
           – Смотри, какой. Ух ты! А этот?
           Тигренок понимал Катино восхищение. Потому что все каштаны были с разным рисунком. Среди них ему ни разу не попалось двух, точь в точь похожих друг на друга.
           Наверное, этот каштан очень большой, если о нем все знают, – подумал он о дереве, росшем около автомастерской.

           Не прошло и пятнадцати минут, как тигренок совершил еще одно путешествие по воздуху, притаившись на дне пластикового пакета. Дядька, забравший его из казино, выбрался из машины, пошел куда-то, коротко переговорил еще с одним незнакомцем, клацнула открываемая дверца, и пакет поставили на очень знакомую тигренку поверхность автомобильного кресла.
           Может быть, его все-таки повезут в больницу? – воспрянул духом Осмотрительный, приподняв плечами навалившиеся сверху бананы.
           Словно в ответ на его мысли, соседнее сидение скрипуче прогнулось под тяжестью усевшегося за руль водителя, громко щелкнул замок ремня безопасности, двигатель глухо заурчал, и машина мягко двинулась с места.
           Это была уже совсем другая машина. С гораздо более плавным ходом, чем та, на которой они приехали в автомастерскую. Но все-таки она ехала не так, как машина Катиного отца. И не так, как машина их соседа Гарика. Нет, это была совсем незнакомая тигренку машина.
           А вдруг это «Скорая помощь»? – подумал он с вспыхнувшей надеждой.
           После всех пережитых волнений ему хотелось только одного – поскорее оказаться в руках у Кати. Чтобы вся эта непонятная игра сразу закончилась.
           Недовольно поерзав, Осмотрительный высвободился из-под бананов, грузно съехавших на сиденье и привалился лапами к спинке кресла. От легкого, протяженного покачивания машины мысли его словно сами собой уносились в туманную даль. В дымке воспоминаний он увидел перед собой приближающееся окно, и за ним – впервые в жизни! – дом с высокими окнами и покатой крышей, а перед домом – улицу, на которой стоял автофургончик. И на улице не было ни одного человека, и ничего не двигалось.
           «Ну вот, смотри, это город» – произнес над ним привычный голос работницы. И пальцы женщины ласково теребили ему загривок. За окном вдруг, совершенно неожиданно, пронеслась чайка. Он сразу отпрянул, покосился вверх на державшую его женщину и только потом встопорщил усы. Черты лица женщины расплывались где-то далеко вверху, как во сне. Но смех ее прозвучал отчетливо, словно она смеялась минуту назад.
           «Какой ты осмотрительный, – сказала она лукаво. – Смотри же, крепко запомни Первое правило Тайных Игрушек. Никогда не показывай людям свою истинную природу. Запомнил?»
           И Осмотрительный серьезно кивнул ей, глядя на женщину понятливыми черными глазами.
           «Ну ладно, при нас можно, – смягчившись, разрешила женщина. – Мы-то про вас всё знаем. Можешь даже разгуливать. Но только при нас, понял?»
           Осмотрительный снова наклонил голову и недовольно фыркнул. Могла бы и не повторять два раза одно и то же.
           Женщина засмеялась и сказала, повернувшись к другой работнице, которая подошла посмотреть, какое впечатление произвел на тигренка город:
           «Этот у нас Осмотрительный. Даже не зарычал, когда мимо чайка пролетела».
           Там были еще и другие тигрята. И можно было подойти к кому-нибудь из работавших женщин.
           А потом их собрали в дорогу. И напоследок строго-настрого наказали: «Смотрите, отныне всегда и везде следуйте Первому правилу Тайных Игрушек».
           С тех пор это правило стало для Осмотрительного такой непреложной истиной, что у него не возникало и тени сомнения в необходимости его соблюдать. Но сейчас, убаюканный волнением и мягким ходом машины, Осмотрительный вдруг задумался. Почему он ни разу не подошел к Кате, когда она его звала? Ведь тогда, очень давно, он не раз подходил к работавшим в мастерской работницам. В мастерской, где он впервые увидел перед собой свет. А вот когда к нему обращалась Катя, он даже взгляда самостоятельно ни разу не бросил в ее сторону. Когда стоял к ней боком и, чтобы посмотреть на девочку, нужно было немного скосить глаза.
           Только когда люди брали его в руки, он позволял себе с ними общаться. Потому что они каждый раз наивно думали, будто сами, своими пальцами поворачивают ему голову. Или вертят его хвост. Но всякий раз Осмотрительный общался с людьми молча. И отвечал на слова людей только движениями или просто всем своим видом. Это тоже было своего рода законом.
           Ему ничего не стоило всё это время дурить людей. Они ведь такие ненаблюдательные. Никто из них ни разу не заметил, что тигренок сам перебрался на другое место. Потому что ему надоело стоять там, где его поставили. Или принял совсем другую позу. Или по-другому уложил свои усы.
           Интересно, что бы произошло, если бы он хоть раз подошел к Кате, когда она кричала ему, стоя у окна в своей комнате: «Эй, ну что ты там делаешь? Иди сюда скорее. Снегири прилетели!» Может быть, мир просто исчез бы? Или произошло бы что-то еще более ужасное?
           А вдруг, если бы он хоть раз нарушил Первое правило и подошел к Кате, она бы не заболела? Потому что узнала бы его тайну. Узнала, что он тоже живой.
           Наверняка она стала бы относиться к нему совсем по-другому. И ее жизнь тоже стала бы совсем другой. И может быть, Кати не оказалось бы в тот вечер в ее комнате. И тогда болезнь не смогла бы на нее напасть.
           Он представил себе, как болезнь впрыгнула в Катину комнату и застыла в полном недоумении. А потом отвела взгляд от пустой кровати и пошла себе прочь. Искать кого-нибудь другого. Или вообще умерла. Не найдя, чем подкрепиться. А он бы потихоньку утащил ее остатки в гараж и подсунул под ворота. Чтобы мертвую болезнь унесло ветром.
           (Осмотрительный не испытывал ни малейшей жалости к этой болезни. Она была страшная. Это из-за нее Кате стало так плохо, что ее родители вызвали «Скорую», которая забрала Катю в тревожную «Первую неотложку».)
           Но Катя и так относилась к нему как к живому, – подумал вдруг Осмотрительный. Разве он мог знать, что всё так произойдет?
           А если бы от того, что он нарушил Первое правило Тайных Игрушек, мир бы исчез? Что бы тогда стало с Катей? И как бы на это отреагировали ее родители?
           «Смотри, если кто-нибудь из других людей увидит, как ты ходишь, тебя объявят исчадием Сатаны и сожгут на костре» – вспомнились ему леденящие душу слова, сказанные работницей другому тигренку по имени Любопытный.
           Любопытный любил тайком забираться на подоконник и подолгу смотреть в окно. Однажды работница заметила, как он перебрался к другому краю окна, чтобы лучше видеть фруктовую лавку напротив. Наверное, заметил там что-нибудь любопытное. За это он и получил такой страшный нагоняй, что больше уже никогда самостоятельно не взбирался на подоконник.
           «Ты – Тайная Игрушка, сокращенно ТИГР, – увещевала Любопытного рассерженная работница. – Ты думаешь, мы просто так делаем именно тигрят? Всегда помни о Первом правиле тигрят из нашего Тайного Дома!»
           Страшнее костра Осмотрительный не мог себе представить ничего. Даже болезнь и исчезновение мира казались по сравнению с костром полными пустяками.
           Он вдруг вспомнил, сколько раз за сегодняшний день сам рисковал быть замеченным в живом поведении! Пока добрался до этого пакета. И задрожал всем телом. (Совсем как машина, остановившаяся в эту минуту у светофора.)
           Машина снова поехала, и тигренку сразу сделалось легче.
           Ладно, теперь всё закончилось, – подумал он оптимистично, покачиваясь вместе с сидением. – Вот выпрыгну в больнице из пакета. Так, что никто ничего не заметит. И только Катя вдруг увидит его и обрадуется. Так обрадуется, что ей сразу же станет лучше. И болезнь выскочит из нее наружу. А он фыркнет на нее так, что эта болезнь вылетит к черту в коридор. Кубарем. Или в раскррытое окно. Может быть, в этой «Первой неотложке» все окна раскрыты?!
           А Первое правило он всегда будет соблюдать. Мало ли что произойдет, если он его вдруг нарушит? Да и зачем ему нарушать Первое правило Тайных Игрушек, если Катя все равно относится к нему как к живому?
           Тигренок так размечтался о встрече с Катей, что даже не заметил, как машина остановилась надолго, и двигатель перестал работать. Только глухой стук двери и щелчок закрывшихся замков вернули его в реальность.
           Тот факт, что его вместе с пакетом оставили в запертой машине, Осмотрительному очень не понравился. Что, если все эти продукты предназначены вовсе не для Кати?
           Может быть, они просто остановились зачем-нибудь по дороге? – подумал он с надеждой. – Может быть, водитель пошел купить Кате мороженое? В магазине рядом с больницей. Чтобы оно не растаяло. И сейчас он вернется, и они поедут дальше.

           Мужчины не было минут десять. Примерно столько же времени, сколько Осмотрительный провел в камере хранения казино. Но вот снаружи снова чмокнула сигнализация, стукнули дверные замки, дверь рядом с пакетом открылась, и пакет стали пихать куда-то на край сидения. Тигренок почувствовал, как рядом с ним кто-то уселся, судя по всему, худой и легкий как девочка, и очень обрадовался. Может быть, это Катя?
           На всякий случай он выглянул из-под бананов, но вместо лица Кати увидел над собой половинку лица совсем другой девочки. Она только что лизнула мороженое и с интересом заглядывала в пакет.
           На соседнее сидение тяжело уселись, и уже знакомый тигренку мужской голос сказал:
           – Анжела, оставь пакет, дома посмотришь.
           Осмотрительный осторожно попятился назад под бананы, но было уже поздно.
           – Ух ты! – восхищенно воскликнула девчонка с мороженым, и рука ее, раздвигая продукты, решительно двинулась к дну пакета.
           В следующую секунду Осмотрительный почувствовал на загривке крепкую хватку девчонкиных пальцев, его настойчиво потянули вверх, и лапы тигренка беспомощно повисли в воздухе.
           – Блеск! – светленькая девочка Катиного возраста, с длинными волосами, перехваченными широкой, вязаной голубой повязкой – под цвет ее глаз – даже перестала лизать мороженое, так ей понравился тигренок.
           Еще мгновенье, и черные глаза Осмотрительного встретились с глазами мужчины, сидевшего за рулем автомобиля.
           Тигренок так вздрогнул, что, наверное, выдал бы себя, если бы в тот же момент девочка не отвела резко руку, потянувшись ртом к предательской капле мороженого, потекшей по ее запястью. Потому что сидевший за рулем мужчина был тот самый сердитый дядька из казино, у которого он украл самую главную фишку. Красивый, пестрый кружок с ярким красным ободом и сверкающей в его центре «пятисоткой». Кружок, на который Оля и Юля выиграли потом целую кучу таких же ценных кружков у суровой распорядительницы игры в униформе.
           Мужчина тоже узнал тигренка. Глаза его удивленно округлились. Он открыл было рот, словно хотел что-то сказать, но тут же снова его закрыл. А порывистая девочка с голубыми глазами уже рванулась к нему всем телом, чтобы чмокнуть в щеку перемазанными в мороженое губами:
           – Спасибо, папочка!
           – Анжела, пиджак испачкаешь! – отмахнулся от нее с досадой отец.
           Проверив, нет ли следов мороженого на его пиджаке, лысоватый мужчина снова посмотрел на тигренка. Сердитые глаза его коварно сузились. Наверняка он уже вспомнил про украденный у него кружок.
           Теперь он мне задаст, – с отчаянием подумал Осмотрительный, вертясь в быстрых пальцах развеселившейся девочки.
           Но губы мужчины за рулем вдруг растянулись в заботливую отеческую улыбку.
           – Ну как, хороший подарок? – спросил он, кивнув на тигренка.
           – Просто супер, – воскликнула Анжела, восторженно разглядывая тигренка со всех сторон. При этом она не забывала слизывать мороженое, просочившееся сквозь упаковку.
           Увидев, что Анжела занята мороженым, мужчина снова бросил быстрый взгляд на тигренка. И взгляд этот не предвещал ничего хорошего. Откуда он мог взяться в его пакете? Может быть, эти девчонки, которые испортили ему всю игру, сговорились с гардеробщиком?
           Осмотрительный хотел ответить мужчине рассерженным взглядом, но в этот момент Анжела бесцеремонно развернула тигренка мордочкой к себе. И сердитый взгляд достался именно ей.
           Впрочем, жизнерадостной Анжеле всё было нипочем.
           – У-у, какой прикольный, – вытянула она губы трубочкой и предложила: – Хочешь мороженое?
           Осмотрительный решительно замотал головой. Только мороженым вымазаться ему не хватало!
           – Хочешь. Я же вижу, что хочешь, – заверила его Анжела, поднеся мороженое к самому носу тигренка.
           – Не хочешь? Ну и ладно. Сама съем.
           – Папочка, а ты мне купишь новый телефончик? – тут же повернулась она к отцу. – Ну, папочка. Ты же обещал...
           – Отстань, Анжела, – раздраженно сказал мужчина, поворачивая ключ в замке зажигания. – Лучше пристегнись, а то оштрафуют. Я устал после ночной смены.
           Анжела надула губки, сунула Осмотрительного на колени и принялась с демонстративными усилиями пристегивать ремень безопасности, рискуя заляпать мороженым половину машины.
           Наверное, он проиграл в казино деньги на ее телефончик, – подумал Осмотрительный, покосившись на сердитого водителя. Ему вдруг стало жаль папу Анжелы. Что же он теперь будет делать? Опять пойдет в казино, чтобы выиграть деньги на обещанный телефон? Как те хитрые девушки – Оля и Юля?
           А вдруг он бы тоже выиграл на этот кружок? Который я у него украл, – подумал Осмотрительный.
           Ему стало совестно. Той кучи кружков, которую дали девушкам, наверное, хватило бы на десять новых телефонов для Анжелы. А теперь она с обиженным видом отвернулась к окну и ест любимое мороженое без всякого энтузиазма.
           Тигренок совсем загрустил, но тут, по счастью, вспомнил, как злобная Юлька с торчащими во все стороны афрокосичками грозилась оторвать ему голову. И сразу успокоился. Подумаешь, телефончик. Его голова гораздо важнее.
           Посмотрев вверх на бездумно застывшее лицо Анжелы, Осмотрительный прижался к ее шероховатым синим брючкам и затих под теплой рукой девочки. Новые, неожиданные впечатления совсем его утомили. В следующую минуту он уже мирно дремал под плавные замедления, рывки и остановки машины.


СОВСЕМ НЕ БОЛЬНИЦА


           Проснулся он, когда машина лысоватого дядьки из казино остановилась у большого шестнадцатиэтажного дома. Анжела тут же отстегнула ремень безопасности, вывернулась к заднему сидению, подтащила оттуда свой рюкзачок, распахнула дверь, выбралась наружу с рюкзаком в одной руке и тигренком в другой, закинула рюкзачок на плечо и со вздохом потащила с сидения тяжелый пакет.
           Осмотрительный с сомнением посмотрел на многочисленные подъезды, балконы и окна жилого дома. Дом был совсем не похож на больницу.
           Подозрения тигренка сразу же оправдались. Подъезд, в который они вошли, оказался точь-в-точь, как подъезд того дома, где жила бабушка Кати. И лифт был точно такой же. Анжела со своим папой, забравшим у нее пакет, поднялись на восьмой этаж, и мужчина, поблескивая перстнем на пальце, открыл ключами дверь под номером 173.
           Еще несколько секунд, и они оказались в прихожей обычной городской квартиры. К тому же совсем не похожей на прихожую в квартире Катиной бабушки.
           Едва переступив порог, Анжела шумно уронила на пол рюкзак, не выпуская из руки тигренка, стянула с ног кроссовки, сбросила курточку на полку для обуви, подхватила пакет с продуктами и потащила его на кухню.
           – Анжела, куртку повесь, – сердито окликнул ее отец, но Анжела только молча закатила глаза к потолку.
           – Чего ее вешать, я же все равно еще гулять пойду, – сварливо крикнула она уже из кухни, водружая пакет на круглый стул со спинкой из стальных прутьев.
           Отцу Анжелы раздеваться было не нужно. Он приехал домой без куртки, в том же пиджаке, какой был на нем в казино.
           Поставив тигренка на стол, чтобы не мешался, Анжела принялась вытаскивать из пакета продукты: йогурты, булку, шоколадку, бананы, киви и колбасу. Потом, оставив пустой пакет валяться на стуле, распахнула дверцу микроволновки, громко схватила из сушки тарелку и хлебный нож, жадно сдавив булку, отрезала от нее горбушку и следом еще один толстый ломоть, отпихнула булку, разбросав по столу кучу крошек, и придвинула на ее место колбасу. Отпилив ножом выпуклый край вкусно пахнувшего бревнышка, Анжела оставила его лежать на столе, а для себя отрезала еще один кусок колбасы – толстый и ровный с обеих сторон. Содрав с кружка колбасы шкурку, она подхватила со стола кусок булки, на лету соорудила бутерброд, плюхнула его на большую тарелку, порывисто сунула ее в мироковолновку, хлопнула дверцей и трижды ткнула пальцем пищавшую кнопку, устанавливая время на полторы минуты. Еще мгновенье, и печь довольно загудела, начав вращать подрагивающую тарелку.
           Совсем как у нас на кухне, – подумал Осмотрительный, завороженно глядя на микроволновку.
           Но в следующую секунду его черные глаза уперлись в толстые капли жира на стекле дверцы. И сразу же он заметил раскиданные по столу крошки, которые никто не собирался убирать, валявшиеся как придется горбушки булки и колбасы, вспомнил про брошенный на стуле пакет и загрустил. У них в доме дверца микроволновки всегда была чистая. И вообще эта девочка вела себя совсем не так, как его Катя.
           Между тем Анжела, словно подтверждая мысли тигренка, включила телевизор и беззаботно плюхнулась на мягкий уголок, прихватив с собой один из бананов. На экране вспыхнул музыкальный канал. Какой-то незнакомый тигренку певец с проникновенными, влажными глазами мелькал то на пляже, то в ночной дискотеке, то на крыше, обещая сладким голосом что-то очень важное влюбленной в него девушке, которая показалась тигренку смутно похожей и на зеленоглазую Олю и на смуглую, темноглазую Юлю.
           Певец явно хитрил и подкрадывался к глупой девушке, чтобы ее утащить, и Осмотрительный неприязненно встопорщил усы – с той стороны мордочки, которую не могла видеть Анжела.
           Зато девчонка с бананом в руке была от певца в полном восторге. Сдернув с головы голубую повязку, она подпевала ему, неотрывно глядя на экран и подтанцовывая головой и руками. Даже банан кусать перестала.
           Призывно запищала микроволновка, но Анжела не обратила на нее никакого внимания. Зато на кухню вошел отец девочки.
           Осмотрительный сразу же подобрался, ожидая неприятностей. Но лысоватый дядька только скользнул по нему взглядом и вместо тигренка накинулся на свою дочь:
           – Господи, ну что ты за свинья такая. Не успела в квартиру войти, уже вся кухня в крошках. Сейчас же убери. И выключи телевизор! Орет на весь дом.
           – Ооох, как ты меня достал! – по-взрослому закатила глаза Анжела, выключила телек, швырнула пульт на уголок заодно с недоеденным бананом и принялась сгребать со стола крошки себе в ладошку. Но ладошка у нее оказалась слишком маленькая для такого количества крошек, и они посыпались на пол.
           – Сейчас подмету, – сердито бросила она, чтобы опередить новую порцию ругани на свою голову.
           – И продукты убери в холодильник. И тапочки надень. Пол холодный.
           – Э-э-э, – Анжела тайком скорчила рожу и показала отцу язык, пользуясь тем, что он отвернулся.
           Лысоватый дядька в это время доставал из бара бутылку коньяка и небольшой хрустальный стаканчик. Налив себе коньяку, он выпил его залпом, шмыгнул носом, поморщился и шагнул к столу, на котором все еще лежали горбушка булки и закругленный, весь в глубоких морщинах кусок колбасы. Содрав с колбасы шкурку, мужчина с золотым перстнем на пальце положил ее на горбушку, откусил сразу половину своего бутерброда и, жуя плотно набитым ртом, с неприязнью посмотрел на тигренка.
           Ну всё. Сейчас он мне задаст, – сжался внутри Осмотрительный.
           Но сердитый папа только запихнул в рот вторую половину бутерброда, вытер руки бумажным полотенцем, поставил стаканчик в мойку, убрал бутылку обратно в бар и вышел из кухни.
           Анжела сразу же бросила подметать крошки. Оставив щетку и совок прямо посреди кухни, она достала из микроволновки тарелку с аппетитно пахнущим бутербродом, забралась коленями на стул и развернула перед собой на столе большой глянцевый журнал с неприступными фотомоделями и массой гламурной рекламы. Совсем, как Катя.
           И почему девочки так любят эти скучные журналы? – грустно подумал Осмотрительный.
           Стоило Карине принести в дом какой-нибудь гламурный журнал, как Катя тут же забывала обо всем и начинала его листать, с восторгом показывая тигренку всякие часики и свитерочки.
           Анжела вела себя точно так же. Только, в отличие от Кати, ей вполне хватало самой себя, чтобы восторгаться картинками в журнале.
           – Да-а... Класс... – вздыхала она через каждые пять секунд, задумчиво жуя бутерброд.
           Осмотрительный недовольно покосился на Анжелу. Не прошло и часу, как он к ней попал, а ей уже нет до него никакого дела. И окно на кухне закрыто. Не убежишь.
           – Анжела, я спать ложусь, – раздался из глубины квартиры голос отца девочки. – Если куда-нибудь пойдешь, не забудь дверь запереть!
           – Да-а-а!!! – заорала в ответ Анжела противным голосом, не отрывая взгляд от журнала.
           Кажется, она все-таки постарше Кати, – подумал Осмотрительный, глядя на Анжелу с невольным уважением.
           Продукты в холодильник она так и не убрала. Доев бутерброд, Анжела облизала пальцы и долго листала толстый журнал пока не добралась до последней страницы обложки. В квартире стояла тишина. Наконец, выйдя из глубокой задумчивости, капризная девочка слезла со стула, ушла из кухни и вернулась – по-прежнему без тапочек на ногах, но зато с розовым телефоном в руке.
           – Алло, Светка, привет, – радостно защебетала она. – Ты гулять идешь?
           – Мне такого классного тигренка купили, – рука Анжелы сгребла Осмотрительного со стола. – Жутко прикольный.
           – Ага, с шариками.
           – Ну пока-пока.
           – Гулять со мной пойдешь? – обратилась она к Осмотрительному, наклоняя ему туда-сюда голову.
           – Пойдешь, я же вижу. Э-э-э, – показала она тигренку узкий, розовый язычок.


САМОЕ СТРАШНОЕ, ЧТО МОЖЕТ СЛУЧИТЬСЯ С ТИГРЕНКОМ


           Подружка Анжелы уже ждала ее у подъезда. Она тоже была светло-русая, в синей курточке и синих джинсах, и сразу замахала Анжеле рукой.
           – Смотри какой, – тут же похвасталась ей Анжела, показывая тигренка.
           – Су-упер, – восхитилась Светка, гладя Осмотрительного по голове. – Такой мягкий.
           На зубах у нее были металлические украшения, которых Осмотрительный еще ни разу в жизни не видел. Наверное, она нашла их фотографию в глянцевом журнале, – подумал он. Неужели они ей не мешают кусать?
           – Правда, классный?
           – Ага. Дай я ему брюшко пощупаю.
           Светке явно хотелось забрать тигренка из рук подруги, но Анжела коварно не отпускала его, хотя и дала подружке пощупать толстенький живот Осмотрительного.
           – Ну что, куда пойдем? – спросила она.
           – Может, на пустырь? – предложила Светка. – Там мальчишки костер разожгли.
           – Ух ты, здорово, – обрадовалась Анжела. – Пошли скорее.
           Она подхватила Светку под руку, и девчонки заспешили по дорожке. А Анжела уже взахлеб рассказывала своей подруге:
           – Слушай, я сейчас такую сумочку видела в журнале. Полный отпад!..

           Пустырь находился по другую сторону дома. И на нем действительно ярко горел костер, около которого суетились двое мальчишек.
           В черных глазах Осмотрительного заплясали тревожные огоньки.
           Живой огонь всегда завораживал его своей жутью. Он не раз видел огонь с тех пор, как поселился у Кати. В камине, и когда жарили шашлыки. И всякий раз внутри у него всё замирало, и он не мог оторвать взгляд от пляшущих языков пламени. Наверное, так, забывая обо всем, люди смотрят в глубокую пропасть.
           Но этот огонь был куда страшнее того, который он видел раньше. В жаровне пламя со всех сторон сторожили железные стенки. Массивный камин тоже, казалось, надежно следит, чтобы огонь оставался у него внутри. Огонь, пылавший на пустыре, был ничем не ограничен. Он опасно бросался во все стороны и мог неожиданно напасть на любого, кто рискнет к нему подойти.
           Это был настоящий костер. Наверное, как раз такой, на каком сжигают исчадий Сатаны.
           К тому же, раньше, когда Осмотрительный оказывался поблизости от огня, он всегда укрывался от него в надежных руках Кати. Ее огонь тоже завораживал. Только совсем не так, как тигренка. Потому что Катя его не боялась. Она любила смотреть на огонь точно так же, как на идущий за окном сильный дождь или густой снегопад.
           – Смотри, держись от огня подальше, – заботливо говорила она насторожившемуся тигренку. И всякий раз усаживалась там, куда точно не долетят быстрые как молнии раскаленные искры.
           Теперь всё было по-другому. Вместо заботливой Катиной руки его болтала из стороны в сторону рука капризной Анжелы. Девчонки шли прямо к костру, а двое мальчишек, как нарочно, продолжали подбрасывать в огонь грязные доски от ящиков и сухие палки, отчего пламя вздымалось уже выше их голов, а из костра с жутким треском вылетали горящие угольки и дымились, упав на сухие листья.
           Вблизи костер оказался куда страшнее, чем то ужасное место казни, которое смутно представлялось Осмотрительному. Жуткое место, где сжигают тигрят, нарушивших Первое правило Тайных Игрушек.

           Анжела и Светка остановились у самого костра. На сжавшегося в руке Анжелы Осмотрительного повеяло жаром мечущегося пламени. Глаза тигренка застыли, отражая жадные языки огня.
           – Привет, – сказала Анжела.
           – Привет, – радостно отозвался мальчишка, который был поменьше ростом, чем его приятель.
           – Привет, коли не шутите, – сказал другой мальчик, выглядевший постарше обеих девчонок. Наверняка в разжигании костра он был заводилой.
           – Чего приперлись? – спросил он и швырнул на самый верх костра деревянное дно от бочки, из-за чего во все стороны полетели искры.
           Девочки и второй мальчишка отскочили от костра.
           – Ты что, сдурел? – накинулась на старшего мальчишку Анжела, отряхивая от пепла свои брючки. – Если ты псих, предупреждать надо.
           – А ты не стой под стрелой, – ответил он довольным голосом. – Тогда не убьет.
           – Тебя не спросили, где нам стоять, – гордо пробурчала Анжела.
           – Что это у тебя? Дай посмотреть, – протянул руку к тигренку второй мальчишка.
           – Лапы убери, – Анжела отвела в сторону руку с тигренком. – Сперва руки помой.
           Веселый мальчишка принялся вытирать руки о штаны и крикнул своему приятелю:
           – Клёпка, у нее тигренок.
           – А ты чё молчишь, язык проглотила? – вместо ответа спросил Клёпка у Светки.
           – Дурак ты, Клёпка, – обиделась Света.
           – Между прочим, в городе запрещено разводить костры, – едко заявила Анжела.
           – А ты что, настучишь? – поинтересовался Клёпка, бросив в костер самый толстый кусок доски из тех, что они натащили. Вокруг снова разлетелись искры.
           Анжела не удостоила его ответом. Вместо этого она демонстративно достала свой розовый телефончик и принялась сосредоточенно набирать номер.
           Мальчишки насторожились.
           – Алло, это пожарная? – спросила Анжела, поднеся телефон к уху.
           Но тут, воспользовавшись тем, что она отвлеклась на телефон, младший мальчишка подскочил к ней и выхватил тигренка из ее руки.
           – Отдай, – закричала Анжела.
           Забыв про звонок, она бросилась к похитителю. Светка тоже попробовала схватить мальчишку, но он был увертлив, как обезьяна, и с радостным хохотом стал дразнить девчонок тигренком, выкрикивая:
           – Руки помой! Руки помой, ха-ха-ха!
           Анжела ринулась на обидчика. Тот увернулся и отскочил к самому костру.
           – Сашка, дурак, в костер уронишь! – вскрикнула Светка.
           Сашка невольно глянул на костер, замешкался, и Анжела схватила его, яростно повторяя:
           – Отдай. Отдай сейчас же...
           Но Сашка вытянул руку с тигренком в сторону – так, что Анжела не могла до него дотянуться. Ей только удалось оттеснить проклятого Сашку подальше от костра.
           – Вовка, на помощь! – орал Сашка, пряча руку с тигренком еще и от Светки.
           В следующую секунду Осмотрительный взлетел в воздух и оказался в руках другого мальчишки, который ловко подхватил его на лету.
           Больно ущипнув Сашку напоследок, Анжела развернулась к Клёпке. Но Вовка-Клёпка оказался хитрее своего приятеля. Шагнув к огню, он высоко поднял руку с тигренком и потребовал:
           – Проси прощения за «психа», а то в костер брошу.
           – Она нас заложить хотела, дура, – шмыгал носом Сашка, потирая больное место.
           Девчонки остановились в двух шагах от мальчишки.
           – Не вздумай, дурак, – серьезным голосом сказала Анжела.
           – Проси прощения, а то брошу, – тоже серьезным голосом повторил Клёпка.
           – Если ты его бросишь, я тебя убью, – сказала вдруг Анжела ледяным тоном. Глаза ее сузились и стали колючими, лицо густо покраснело.
           Как видно, мальчишка добился того, чего хотел. На лице его появилась шальная улыбка, и вдруг он взмахнул рукой и разжал пальцы. Девчонки ахнули. Тигренок, как в замедленной съемке, летел в костер...

           – Мама, мамочка, – Катя широко открыла глаза, вскинулась с подушки и, бурно дыша, обхватила руками подоспевшую мать.
           – Катенька, все в порядке. Успокойся. Тебе приснилось что-нибудь? – нежно обняла ее Ника.
           Еще минуту назад девочка спокойно спала, и вот...
           – Мамочка, где мой тигренок? – захныкала Катя.
           – Папа скоро привезет, – Ника ласково погладила дочь по голове. – Он уже звонил, совсем скоро приедет.
           Она врала, надеясь, что Кате станет от этого легче.
           – Мамочка, мне приснилось, что его убили, – Катя прижалась к матери.
           – Кого, твоего тигренка? – догадалась Ника. – Ну что ты. Как его можно убить? Он же игрушечный. Его убить нельзя.
           – Нет, можно! – захлебываясь слезами, перебила ее Катя. – Если его бросить в огонь, он сгорит!
           – Катенька, милая, ну кто же его бросит в огонь? – убедительно заговорила Ника. – Он же у папы. А папа его тоже любит.
           – Я видела, мне приснилось, – всхлипывая, бормотала Катя.
           – Просто у тебя жар. Вот тебе и приснилось. На самом деле, то, что снится в снах, в жизни всегда бывает наоборот.
           – Ты мне неправду говоришь, – голос Кати прозвучал уже не так уверенно.
           – Правду-правду. У кого хочешь спроси. И передача недавно по телевизору была. Про сны. Это значит, что с твоим тигренком все в порядке. Просто он переживает, что ты заболела. Вот он тебе и приснился.
           – А вдруг он сгорит? – робко спросила Катя.
           – Господи, Катя, ну что ты говоришь, – Ника сменила тон на более решительный. – Ну сама подумай. У кого рука поднимется бросить в огонь такого тигренка? Ты можешь себе представить такого человека?
           – Могу... Злодея из фильма.
           – Из фильма и я могу. Но мы же с тобой в реальном мире живем. Разве не так?
           – Да, – все еще дыша рывками, Катя крепко обняла мать.
           – А вдруг наш дом сгорит?
           – О, господи! – возмутилась Ника. – Ну что ты несешь? Типун тебе на язык.
           От смешного выражения Катя невольно улыбнулась.
           – И потом, папа твоего тигренка еще утром из дома забрал. Он сейчас с ним на машине катается. Вместе с твоими вещами. Так что ничего с твоим тигренком не случится.
           Сильное переживание забрало у Кати все силы. Руки ее сделались вялыми, глаза словно куда-то ушли.
           – Ну ладно, ложись, – Ника бережно уложила Катю на подушку.
           Доверчиво держась обеими руками за руку матери, Катя вздохнула и закрыла глаза.
           Убедившись, что дочь заснула, Ника аккуратно высвободила руку из ее пальчиков и неслышно вышла в коридор. На сердце у нее было тревожно. Хоть она и не показывала виду, Катин сон ее очень разволновал. Вдруг с Игорем что-то случилось? Господи, когда он наконец приедет? Без связи, как без рук!

           А в это время Игорь – отец Кати – уже сбился с ног, объезжая городские магазины игрушек. Казалось, там продавали кого угодно, только не таких тигрят, какой был у его дочери. С полок на Игоря смотрели собачата и слоны, мыши и бегемоты, ослики и медведи... Многие из них, на его взгляд, вполне годились в качестве подарка для Кати. Но у него просто рука не поднималась купить какую-нибудь другую игрушку взамен пропавшего тигренка.
           Продавцы-консультанты в ответ на его настойчивые вопросы качали головами, удивленно пожимали плечами и пробовали предложить ему других симпатичных зверушек:
           – А белый медведь вам не подойдет? Смотрите, какой приятный. Только вчера завезли.
           В «Детском Мире» тигры нашлись, но гораздо большего размера и совсем не такие, как Катин тигренок.
           – Нет, мне нужен другой, такой маленький, с шариками внутри, – принялся описывать Игорь приметы Осмотрительного.
           Продавщица, которая привела его к полке с тиграми, разочарованно вздохнула. Но вид у мужчины была такой удрученный, что она начала припоминать:
           – Кажется, были такие тигрята. Год назад. Да, точно. От «Магии Плюша».
           – А сейчас таких нет? – с надеждой спросил Игорь.
           – Нет. Их давно уже не завозят, – покачала головой продавщица.
           – Может быть, на складе посмотреть? – настойчиво намекнул Игорь. – Я возьму с переплатой.
           Женщина заколебалась.
           – Да их всего несколько штук было, – сказала она неуверенно. – Мы их еще в прошлом году продали.
           – Вы посмотрите, – заговорщически понизил голос Игорь. – Вдруг один еще где-нибудь остался?
           – Ну, я могу, конечно, поискать в подсобке, – сдалась продавщица. – Только их точно уже нет.

           Вернулась продавщица минут через десять.
           – Нету, – разочарованно покачала она головой. – Последнего продали в марте месяце.
           – Да вы купите другое что-нибудь, – предложила она Игорю, видя, как он расстроился. – Вон у нас какой выбор.
           – Другое не нужно, – мотнул головой Игорь и пошел к выходу.
           Ладно, в конце концов, это всего лишь игрушечный тигренок, – попробовал он себя убедить. Чего я, в самом деле? Веду себя как маленький. Наверное, из-за бессонной ночи.
           Но тут ему вспомнился жалобный голос Кати. «Привези мне моего тигренка». И у Игоря сразу защемило сердце. Как она там? И Ника с ночи одна в больнице. У нее даже телефона нет.
           Игорь посмотрел на часы. Черт знает что такое! Уже двадцать минут третьего. А он мотается по магазинам в поисках детской игрушки.
           Заеду еще в супермаркет «Уютный дом», – решил Игорь. – Всё равно это по дороге И потом – сразу в больницу.
           Он уже подходил к оставленной на парковке машине, когда в кармане завибрировал и запел мобильник.
           Номер был незнакомый.
           – Алло, – произнес Игорь.
           – Игорь, это я, – раздался в трубке взволнованный голос Ники. – С тобой все в порядке?
           – Да, конечно, – удивился он такому вопросу. – Что-нибудь случилось? Как Катя?
           – Да нет, все нормально, – поспешно сказала Ника. – Катя заснула. Я тут на минуту попросила телефон тебе позвонить. Ты куда исчез? Обещал к двум приехать, а сейчас уже половина третьего.
           – Уже выезжаю.
           – Ты Катиного тигренка нашел?
           – Алло, Игорь, – повторила Ника, потому что Игорь вдруг замолчал.
           – Слушай, я его не смог найти, – выдавил наконец из себя Игорь. – Весь дом обыскал...
           – Господи, ничего тебе поручить нельзя! – в сердцах крикнула Ника.
           – А что, Катя его спрашивает? – осторожно осведомился Игорь.
           – Да! Спрашивает. Еще как спрашивает.
           – Слушай, я правда весь дом обшарил, – примирительно заговорил Игорь. – Его нигде нет. Как сквозь землю провалился. Ты не помнишь, где она его оставила?
           – Да откуда я знаю? В спальне, наверное! Она же всегда его в постель берет.
           – В спальне его точно нет.
           – Может, он под кровать завалился? Ты под кроватью смотрел?
           – Смотрел. И в шкафу смотрел, и в грязном белье, и в сауне... – Игорь начинал раздражаться.
           – Куда же он мог деться?.. – сказала Ника чуть ли не с отчаянием.
           – Не знаю. Кстати, в магазинах их тоже нет.
           – Кого? – не поняла Ника.
           – Таких тигрят. В «Детском мире» последнего еще в марте продали.
           – Ты что, по магазинам ездишь? – в голосе Ники зазвучало возмущение.
           – Да помотался тут немного, – нехотя пояснил Игорь. – Хотел найти Катьке точно такого же тигренка взамен пропавшего.
           – Ну и что, нашел?
           – Нет. Я же тебе говорю…
           – Ладно, мне пора заканчивать, – сердитым голосом перебила его Ника. – Пока.
           Связь прервалась.
           Игорь с недоверием посмотрел на дисплей телефона. Словно сомневался, что Ника и вправду отключилась. Захотелось сразу же перезвонить ей – на тот номер, с которого она ему только что позвонила. Но вместо этого Игорь шумно выдохнул воздух и выругался. Черт бы их всех побрал! Дался им этот тигренок.
           Ну куда же он мог деться, в самом-то деле?..


КАК УДРАТЬ ИЗ ЗАКРЫТОЙ КВАРТИРЫ?


           Осмотрительный не успел ничего подумать. Перед ним вдруг мелькнула вся его жизнь, и всё объял стремительный ужас. Сейчас он исчезнет. Навсегда. И Катя его никогда больше не увидит. И может быть, тоже умрет.
           Но нарастающий жар пламени вдруг пронесся мимо него, и в следующую секунду он покатился по сухим, опавшим листьям, вскочил на ноги и фыркнул на жутко тлеющий уголек, на который едва не упал своим боком. Совсем рядом из листьев сочился к небу белесый, пахучий дым, а дальше – за листьями – жадно пылал костер.
           Гудящий огонь бросался в разные стороны, но пока еще не видел тигренка. В костре оглушительно треснуло. Из него молнией вылетел раскаленный уголь и прожег лист в полушаге от Осмотрительного. Ошалевший тигренок чуть не бросился наутек, как вдруг из-за костра выскочила Анжела.
           Мгновенно вспомнив про Первое правило Тайных Игрушек, Осмотрительный застыл, с ужасом ожидая нового взрыва в костре.
           Анжела бросилась к тигренку, и тут же следом за ней метнулся огонь. Черные глаза Осмотрительного заполнило бушующее пламя. И в этот миг его подхватила в воздух надежная, быстрая рука.
           О, с каким восторгом рассек тигренок холодный воздух осени, овеявший его шерсть! Как прижался он всеми лапами, подбородком, животом, хвостом к прохладной куртке Анжелы!
           А отскочившая от костра девочка уже гладила его по голове и говорила:
           – Испугался. Бедный. Испугался...
           – Что, перетрусила?! – орали отбежавшие подальше мальчишки. – Тигренка сожгли. У-у-у!!!
           – Дураки проклятые! – крикнула им Анжела.
           – Уроды чокнутые! – вторила ей Светка.
           – Перетрусила! Перетрусила, дура! – довольно мотал руками Вовка-Клёпка.
           – Ты сам перетрусил, дурак! – яростно выкрикнула Анжела. – Я бы тебя точно убила!
           Не в силах сдержаться, она схватила с земли какую-то палку и изо всех сил швырнула ее в мальчишек.
           – У-лю-лю. Мало каши ела! – издевались Вовка с Сашкой. Они отбежали так далеко от костра, что палка не долетела до них и половины расстояния.
           – Придурки, – злобно сказала Светка.
           – Я сейчас папе позвоню! Он вам устроит, – пригрозила Анжела, снова достав телефон.
           – Что устроит? Прием на даче Путина? – крикнул маленький Сашка, и оба пацана захохотали.            – Узнаешь, что! У меня папа нарколог. Заберет вас в психушку.
           Как видно, жутковатое слово «нарколог» подействовало. Мальчишки перестали смеяться.
           – Подумаешь, папенькина дочка, – презрительно бросил Клёпка, но голос его прозвучал неуверенно.
           – Ябеда! Ябеда! – выкрикнул Сашка.
           В ответ Анжела театральным жестом поднесла к уху телефон.
           Мальчишки не стали дожидаться звонка «наркологу». Засунув руки в карманы, они развернулись и демонстративно неторопливо пошли к углу дома.
           – Идиоты чертовы, – бормотала Анжела, старательно счищая следы сажи с желтой шерстки тигренка. – Этот Клёпка его всего перепачкал.
           – Пальцы послюни, – посоветовала ей Света.
           – Ну да, – накинулась на нее Анжела. – Она тогда вообще в шерсть вотрется. Ты думай, что говоришь.
           – Ладно, проехали, – недовольно согласилась Светка.
           – У-у, бедолага, – еще раз осмотрев тигренка, Анжела потрепала его по голове.
           Осмотрительный смотрел на Анжелу и думал, что, наверное, он зря возводил на нее напраслину. Когда решил, что ей нет до него никакого дела. И что он нужен ей только для того, чтобы похвастаться перед подругой. Он оглянулся на все еще близкий костер, пламя которого жадно рыскало во все стороны желтыми языками, и ему стало стыдно.
           – Я этого Клёпку точно когда-нибудь убью, – пообещала Анжела.
           Света тоже погладила тигренка по голове, и Осмотрительный посмотрел на нее с благодарностью. Вспомнил, как она его защищала.
           После того, как мальчишки ушли, на пустыре сразу сделалось как-то скучно. Помаявшись еще несколько минут у костра, девчонки не придумали ничего лучшего, как вернуться во двор своего длинного дома.

           Примерно через час после того, как Осмотрительный избежал смертельной опасности, родители Кати стояли в коридоре больницы у ее палаты и тихими голосами совещались, как быть с тигренком? Вернее, с его отсутствием.
           – Ты хорошо смотрел? – в который раз, расстроенно спросила Ника.
           Игорь молча кивнул. Он уже привел жене все возможные аргументы насчет того, что тигренок из дома исчез.
           – Может быть, он все-таки где-нибудь на участке? – неуверенно предположила Ника.
           Игорь покачал головой:
           – Я и под окном ее комнаты смотрел, и вообще... Ты же сама говоришь, что он был у нее в руках, когда ты ее спать укладывала. Куда он мог деться из спальни? Только в гостиную на диван. Вместе с постелью. Когда Катю переносили.
           Ника удручено кивнула и тут же покачала головой:
           – Господи, ну куда он мог деться? Не мог же он сам из дома уйти.
           – Конечно не мог, – согласился Игорь. – Значит, рано или поздно найдется. Ладно, давай не зацикливаться на этом. Катя болеет, а мы с тобой про игрушечного тигренка говорим.
           – Ты бы видел, как она его просит, – всхлипнула Ника. – Я ей уже пообещала, что ты его нашел и везешь на машине, вместе с вещами. И сон этот...
           Она уткнулась в грудь мужа, а Игорь стал нежно гладить ее по мягким, как шерстка, волосам. У него у самого вдруг комок подкатил к горлу. Он вспомнил, как стоял один в опустевшем доме. И как решил во что бы то ни стало найти для Кати точно такого же тигренка. И как безрезультатно ездил по магазинам...
           – С этим тигренком прямо мистика какая-то, – жалобно сказала Ника. – Я уже боюсь, что она без него не поправится.
           – Слушай, хватит ерунду говорить, – твердо оборвал ее Игорь. – Просто Кате сейчас плохо, и она капризничает. Как все больные дети. А ты просто устала. Тебе надо отдохнуть.
           – Да я понимаю.
           Ника заглянула в дверь палаты, высвободилась из объятий мужа и поспешила войти. Потому что Катя проснулась. Приподнявшись на кровати, она с любопытством разглядывала вещи, которые привез ей из дома отец.
           Игорь тоже вошел в палату. Обрадовавшись, что видит обоих родителей, Катя заулыбалась, обвила руками шею отца и получила несколько ласковых поцелуев.
           – Ну как ты, Катюша? – спросил Игорь.
           – Не очень, – честно пожаловалась Катя. – Ты мне привез тигренка?
           – Представляешь, я его не нашел, – сделал круглые глаза Игорь. – Наверное, он куда-нибудь спрятался.
           Улыбка сошла с лица девочки, губы ее дрогнули, она посмотрела на мать, поняла, что ее не разыгрывают, и часто задышала.
           – А где он был, когда тебе плохо стало? Ты не помнишь? – участливо спросил Игорь.
           – Я его в руках держала, – тихо сказала Катя. В глазах ее появились слезы.
           – Ну, тогда всё нормально, – оптимистично заверил ее Игорь. – Наверное, он где-нибудь в спальне спрятался. А я спешил, и его не заметил.
           – Послушай, Катюша, а может быть, ты его с собой в «Скорую помощь» взяла? – сама не очень-то веря в свои слова, наклонилась к ней Ника.
           В ответ Катя покачала головой.
           – Внизу его уже не было, – сказала она с отчаянием. – Когда я на диване лежала.
           Не в силах больше смотреть на родителей, Катя отвернулась к стене. И вдруг – начала задыхаться.
           Прибежавшая в палату медсестра потрогала девочку, бросила на родителей укоризненный взгляд и кинулась за врачом.

           Пока врач осматривал Катю, в палату вкатили капельницу. Девочке сделали укол, но она на него даже не отреагировала. Казалось, она ничего не понимает. Если бы не ее открытые глаза, можно было решить, что она без сознания.
           Не выдержав, Ника расплакалась.
           – Выйдите, пожалуйста, – закончив свою работу, врач решительно увлек Нику и Игоря в коридор и закрыл дверь в палату.
           – Доктор, это серьезно? – спросил Игорь.
           «Говорю, как в каком-нибудь кино», – мелькнуло у него в голове.
           – А вы что, не видите? – ответил врач вопросом на вопрос. – В общем, так. Ревматизм, который она где-то подхватила, дал осложнения на сердце. У нее острый кардит. Такое бывает. Врожденный порок сердца в неявном виде. Долгое время не дает о себе знать. А потом острое инфекционное заболевание, и всё вылазит наружу.
           – Ревматизм? – непонимающе наморщил лоб Игорь. – Разве это детское заболевание?
           – А вы что думали? – усмехнулся врач. – Что ревматизм только у стариков бывает? Инфекциям, друг мой, все возрасты покорны.
           Игорь подавленно замолчал.
           – Вашей дочери нужна операция, – сказал врач. – И лучше с этим не тянуть. У вас есть деньги?
           – Да, – уверенно сказал Игорь.
           – Это хорошо. Потому что лучше всего отправить ее в Москву.
           – Какая операция? – перебила мужской разговор Ника, до которой только теперь дошел смысл сказанных доктором слов.
           – На сердце, – буднично посмотрел на нее врач.
           – На сердце?..
           – Да вы не волнуйтесь, – врач даже улыбнулся, глядя на смятенное лицо симпатичной молодой женщины. – Там отличная клиника. По таким операциям практически стопроцентный показатель.
           – А в ее состоянии это можно? Ехать в Москву? – спросила Ника. Глаза ее были широко раскрыты.
           – Не можно, а нужно, – поправил ее врач. – Доставим к самолету на «Скорой». В Москве – заберут.
           – Скажите, а почему операцию нельзя сделать здесь, у вас? – спросил Игорь. – Мы готовы заплатить...
           – Да не в деньгах дело, – усмехнулся врач. – Прооперировать вашу дочь здесь нам было бы даже выгоднее. Вы же понимаете. Но в случае с сердцем лучше все-таки свести риск к минимуму. А в Москве и оборудование получше, и опыт у них большой. Там такие операции как на конвейере делают.
           – А когда нужно лететь? – слабым голосом произнесла Ника.
           – Значит, решаете в Москву? – сразу обрадовался врач.
           – Вы же сами говорите, что так надо, – угрюмо сказал Игорь.
           – Ну что ж, – врач посмотрел на часы. – Пойдемте в кабинет заведующего. Его зовут Алексей Павлович. Там всё и обсудим.
           – Доктор, а она не умрет? – отирая со щек слезы, тихо спросила Ника.
           – Не умрет, – рассмеялся врач и дружески взял молодую женщину за локоть. – Все будет в порядке. Она вам еще внуков нарожает.
           – Вы извините, пожалуйста, – сказала Ника.
           – Не за что, – хмыкнул врач – Идите за мной.
           Не дожидаясь реакции удрученных родителей, мужчина в зеленом медицинском костюме бодро зашагал по больничному коридору. Игорю и хлюпающей носом Нике ничего не оставалось, как поспешить следом за ним.

           А в это время Осмотрительный стоял всеми четырьмя лапами на полированной поверхности стола в комнате Анжелы и смотрел, как девчонки увлеченно играют на компьютере в отвратительную игру, полную зубастых чудовищ. Гулять во дворе подружкам быстро наскучило, и Анжела пригласила Светку в гости, поиграть на компьютере.
           – Йес! – восторженно крикнула Светка, взорвав очередного рогатого монстра. На мрачную улицу каменного города хлынула алая кровь.
           – Не шуми, папа спит, – шикнула на нее Анжела.
           – Ой, пардон, – прихлопнула рот ладошкой Света.
           Про тигренка они снова забыли.
           Осмотрительный тоже о них не думал. Его мысли упорно стремились к Кате. С того момента, как он ушел из Катиного дома, прошло уже столько времени! А он все еще не добрался в «Первую неотложку». Вдруг Кате стало от этого еще хуже? Из-за того, что его нет рядом с ней?
           Может быть, он напрасно ушел утром из дома?
           Но Катин папа по будним дням всегда возвращается домой уже поздно вечером, перед сном. А Ника наверняка не бросит Катю одну в этой жуткой больнице. («Первая неотложка» представлялась тигренку чужим, опасным и пугающим местом.)
           При мысли, что он до сих пор мог бродить в одиночестве по пустому дому, Осмотрительный вздрогнул. Нет уж. Он очень даже правильно сделал, что отправился искать Катю. Раз про него все забыли. И в город он быстро добрался. Еще утром.
           Правда, здесь, в городе, ему пока не везет. Сначала эти Оля с Юлей утащили его в казино. Потом этот дядька с перстнем подарил его Анжеле.
           Зато ему удалось спастись от ужасного костра! И все равно он сейчас гораздо ближе к больнице, чем это было сегодня утром. Когда он тихонько скулил, запертый в доме далеко за городом.
           Надо только как-нибудь улизнуть из этой квартиры!
           Осмотрительный оценивающе посмотрел на окно, но окно было плотно закрыто. Так же, как и окно на кухне. Отопление в домах еще не включили, а на улице уже похолодало. Вот семья Анжелы и сберегала в квартире тепло.
           Интересно, кто такой Нарколог? – подумал тигренок. Однажды Катю возили к Отоларингологу. Тот был в белом халате и принимал Катю во врачебном кабинете с неприятными стальными инструментами. Может быть, Нарколог тоже врач? И этот лысоватый папа Анжелы работает в больнице?
           Он вспомнил, как испугались мальчишки на пустыре, когда Анжела пригрозила им, что позвонит своему папе. Врача запросто можно испугаться.
           Нужно будет забраться к нему в сумку, – решил Осмотрительный. – В ту, которую он берет с собой на работу.
           Но озарившая тигренка надежда быстро уступила место сомнениям. Он вспомнил про перстень на пальце мужчины. Разве может быть врачом человек, у которого на пальце толстый золотой перстень, да еще с таинственным рисунком?
           Небо за окном заволокли серые тучи. Если бы тигренок знал о японской поэзии, наверное, он сложил бы сейчас грустную танка. В его черных глазах отражалась осень. И осень царила во всех шариках его мягкой души.


ЖУТКАЯ КНИГА


           Примерно через час Светка ушла, а Анжела улеглась на кровать, закинула ногу на ногу и принялась сосредоточенно листать глянцевый журнал, который принесла из кухни. Она так углубилась в это занятие, что даже и ухом не повела, когда щелкнул замок на входной двери и кто-то вошел в квартиру.
           – Анжела, ты дома? – позвал из коридора незнакомый тигренку женский голос.
           Девочка мгновенно оторвала взгляд от своего журнала и на секунду застыла. Совсем как тигренок, которого чуть не поймали за самостоятельным поведением. В глазах ее вспыхнул испуг.
           – Черт, – хлопнула она себя ладонью по лбу. – Черт-черт-черт! Мама пришла.
           Панически вскочив с кровати, Анжела уронила на пол журнал, ринулась к двери, на ходу попадая ногами в непослушные тапки, и вылетела из комнаты, оставив дверь широко распахнутой.
           Но было уже поздно. Мать Анжелы уже стояла на пороге кухни, взирая на царивший там кавардак. Брошенная на столе грязная тарелка из-под горячего бутерброда. Вокруг тарелки – булка, колбаса и другие продукты, которые давно пора убрать в холодильник. Пакет, свисающий со стула. Распахнутая дверца микроволновки. Валяющаяся на полу щетка для уборки мусора. Стоящий торчком совок, перед которым наметена кое-как кучка пыли и хлебных крошек, смахивающая на завихрения галактики. И в довершение всего – очищенный и недоеденный банан, валяющийся прямо на матерчатом сидении мягкого уголка.
           Мать так громко ругала Анжелу, что Осмотрительный слышал каждое слово. Хотя комната девочки находилась в самом дальнем от кухни конце коридора.
           Впрочем, Анжела тоже не оставалась в долгу.
           – Как вы меня достали! – раз за разом горестно восклицала она, стукая по полу совком и шаркая щеткой.
           Открылась дверь соседней комнаты, и в коридоре промелькнул отец Анжелы. Наверное, мать девочки разбудила его своими криками.
           Сейчас они на нее вдвоем набросятся, – подумал Осмотрительный, сочувствуя Анжеле. Он отлично помнил, как она спасла его от костра.
           Однако его ожидания не оправдались. Наоборот, крики на кухне утихли, и через минуту Анжела вернулась в свою комнату, громко хлопнув дверью. Но едва она успела подобрать с пола журнал и с сердитым видом устроиться на кровати, как за дверью вспыхнула новая ссора. На этот раз мать Анжелы накинулась на ее отца – загадочного нарколога с золотым перстнем на пальце.
           При первых же звуках ссоры Анжела соскочила с кровати, подбежала к двери, тихонько приоткрыла ее и стала подслушивать. Тигренок тоже навострил уши.
           – Опять всё проиграл? – причитала мама Анжелы. – Господи, когда же это всё кончится? На что я буду завтра ребенка кормить?
           – Клава, ну сколько можно, – возражал отец девочки таким жалобным тоном, что тигренок засомневался: тот ли это сердитый дядька из казино, которым Анжела пугала мальчишек?
           – Я же целый пакет продуктов привез, – оправдывался папа Анжелы. – На завтра вполне хватит.
           – А послезавтра что? Зубы на полку? – на кухне раздались такие звуки, что тигренок испугался: уж не бьет ли эта Клава папу Анжелы?
           – Да привезу я тебе завтра деньги, – отец девочки тоже начал горячиться. – Хватит орать на весь дом. Итак голова трещит. То Анжела телевизор врубает, то ты орешь! Я, между прочим, с дежурства.
           – Знаю я, как ты завтра деньги привезешь, – не слушая его, крикнула в сердцах мама Анжелы. – Если ты опять в казино пойдешь, я не знаю, что сделаю! Хоть бы из позакрывали все, казино эти проклятые!
           Осмотрительный вздрогнул. Что, если отец Анжелы вспомнит, кто виноват в его проигрыше? Оли и Юли поблизости не было. Из тех, кто мешал ему играть в казино, в квартире был только тигренок.
           Вдруг дядька с перстнем схватит его, понесет на кухню и отдаст маме Анжелы? Скажет, что это тигренок во всем виноват!
           Грядущая расправа показалась Осмотрительному столь ужасной, что он в страхе попятился по поверхности стола. Анжела не могла его увидеть. Она стояла спиной к тигренку и старательно прикладывала ухо к дверной щели.
           Осмотрительный пятился до тех пор, пока не спрятался за большим, черным монитором. Теперь ему не было видно ни двери, ни Анжелы. Зато и его, может быть, не заметят, когда папа Анжелы ворвется в комнату.
           Звуки ссоры вдруг резко стихли. Это Анжела плотно закрыла дверь. Мягкие шаги девочки зашлепали к кровати, послышался удрученный вздох, и негодующий голос хозяйки комнаты отчетливо произнес:
           – Дурдом.
           Осмотрительный готов был поспорить, что в этот момент Анжела возвела глаза к потолку.
           Новое, необычное слово поразило тигренка. На минуту он забыл обо всем. «Дурррдом, – повторил он мысленно, прислушиваясь, как внутри у него завораживающе вибрируют шарики. – Дурдом. Дурррдом». Не удивительно, что он чуть не вздрогнул от неожиданности, когда из-за края черного монитора вдруг вынырнуло лицо Анжелы.
           При виде тигренка в глазах девочки вспыхнули довольные огоньки.
           – Эй, ты чего тут спрятался? – весело рассмеялась она. – Ишь, разулыбался.
           Бесцеремонно сграбастав Осмотрительного за голову, Анжела вернулась к кровати, плюхнулась на нее с размаху, потянулась к тумбочке, морщась, стащила с нее большую толстую книгу и водрузила ее себе на колени.
           – Раз ты такой умный, будешь сейчас «Анатомический атлас» смотреть, – объявила она тигренку, повернув его мордочкой к серой обложке.
           С обложки книги на Осмотрительного глянуло такое отвратительное существо, что он невольно прижал уши и вжался в руку Анжелы. Жуткий человек, словно вывернутый наизнанку. Он был страшнее, чем даже пожиратели тел из мрачного фильма ужасов, который Катя смотрела тайком от родителей.
           «Анатомический атлас» – прочел Осмотрительный название под мерзким рисунком.
           Не выпуская из руки тигренка, Анжела обеими руками раскрыла тяжелый том, и на Осмотрительного глянуло еще одно человекоподобное страшилище – с головой, как у робота, и острыми, длинными пальцами на руках и ногах.
           – Смотри, это скелет. Правда, жуткий? – интимным голосом сообщила тигренку Анжела, словно доверяла ему свою главную тайну. – Люди, когда умирают, становятся вот такими.
           – У-у-у, – ткнула она тигренка прямо в пугающий череп.
           Осмотрительный всем телом отпрянул от книжки. Впрочем, Анжела и сама отдернула руку.
           – Что, страшно? – поинтересовалась она с явным удовольствием.
           Осмотрительный негодующе блеснул на нее черными глазами.
           – А ты-то чего боишься? – насмешливо хмыкнула Анжела. – У тебя же никакого скелета внутри нет. Одни шарики.
           Это была правда. И эта правда вдруг очень озадачила тигренка.
           Что, если эта книга не иллюстрированное издание фильма ужасов, а какой-то учебник для взрослых? Вроде энциклопедии. Про то, как устроены люди, – подумал он с нарастающим беспокойством.
           В том, что это книга для взрослых, можно было не сомневаться. Осмотрительный сразу почувствовал: Анжела относится к ней совсем по-другому, чем девочки относятся к обычным детским книгам с картинками, школьным учебникам или гламурным журналам.
           Наверное, это вовсе не ее книга, – догадался он. – Наверное, она стащила ее у своего папы Нарколога.
           – Лучевая кость. Кости запястья. Кости пясти, – читала между тем Анжела, водя пальцем по загадочным названиям на обширной странице.
           С трудом оторвав взгляд от неприятного рисунка, Осмотрительный посмотрел на руку девочки. Ее пальцы с продолжающими их косточками, выступившими на тыльной стороне кисти руки, показались ему подозрительно похожими на угрожающие пальцы скелета.
           Неужели она внутри такая же страшная, как этот скелет? – ошеломленно подумал тигренок.
           – Большеберцовая кость. Малоберцовая кость. Надколенник, – сосредоточенно бубнила Анжела.
           Осмотрительный попытался представить себе, что у Анжелы находится внутри ног, на которых лежала противная книга? Но у него ничего не получилось. Обычно он легко мог представить себе руку или ногу человека. Сейчас же, вместо обычной, мягкой ноги девочки перед ним возникло нечто тревожное, пугающее, расплывчатое. И внутри этих новых, отвратительных ног скрывались большие и твердые белые кости.
           Словно почувствовав его состояние, Анжела отняла руку от книги и погладила тигренка по голове.
           – Ладно, расслабься, – сказала она покровительственным тоном. – Сейчас мы тебе что-нибудь другое найдем. Поприкольнее.
           Теплая рука девочки были так похожа на руку Кати, что шерсть на загривке тигренка улеглась, а уши слегка распрямились.
           Она его просто пугает, – подумал он с облегчением. А на самом деле она внутри совсем не такая, как этот мерзкий скелет!
           Ну, может быть, он и прячется у людей где-нибудь внутри, – неохотно допустил Осмотрительный, бросая в сторону скелета косые взгляды. – Чтобы выбраться наружу, когда люди умирают.
           Но представить себе, как кто-нибудь из людей умер, у тигренка все равно не получилось. Он никогда ни с чем таким не сталкивался. И не любил эту непонятную смерть больше всего на свете.            Может быть, этот скелет вроде кино? – постарался он себя ободрить. Не так уж и страшно. Если о нем не думать.
           Тем временем, Анжела сосредоточенно перелистнула несколько страниц и вдруг открыла книгу на еще одной жутковатой картинке. Большая, похожая на человеческую, рука. Красная, как мясо. И вся в каких-то волокнистых дорожках разной длины, настораживающе переплетенных друг с другом.
           – Фу, гадость, – демонстративно сморщила нос Анжела. Однако тут же принялась читать заголовки вверху страницы. – Мышцы верхней конечности. Мышцы и фасции верхней конечности, правой. Вид спереди.
           Ничего себе, «поприкольнее», – возмущенно встопорщил усы Осмотрительный, вспомнив дружеское обещание Анжелы. «Верхняя конечность» выглядела немногим лучше, чем мерзкий скелет.
           – Медиальная борозда двуглавой мышцы. Фасция предплечья. Ладонный апоневроз. Дельтовидная мышца, – с завидным упорством разбирала новые, звучавшие как магические заклинания слова Анжела.
           – Вот. Видишь, как люди устроены? – требовательно обратилась она к тигренку. – Благодаря этим мышцам, у нас рука двигается. А у тебя есть дельтовидная мышца? Вот тут.
           Палец девочки крепко надавил Осмотрительному на плечо правой передней лапы.
           – Эх ты, – укоризненно сказала она, не обнаружив у тигренка дельтовидной мышцы. И вдруг, словно спохватившись, вскинула руку вверх и сосредоточенно пощупала свое собственное плечо. Как будто хотела удостовериться, что у нее, в отличие от тигренка, дельтовидная мышца есть и находится на том самом месте.
           Осмотрительный уже и сам почувствовал свою ущербность перед этой противной книгой. Что он устроен не так, как люди, он понимал и раньше. Но теперь получалось, что люди устроены внутри намного сложнее, чем он мог себе когда-нибудь вообразить. Даже та сорока, которая напала на него утром, когда он убежал из дома, наверное, ближе к этому скелету, чем к мягкой материи и шарикам, как у него внутри. Не говоря уже о соседских собаках.
           Неужели для того, чтобы двигать руками, нужно столько всего? – подумал он испуганно, глядя на руки Анжелы. А как же тогда ходит он сам? Он ведь умеет и двигать головой, и бегать, и прыгать… Или это всё ему только кажется? Что он умеет самостоятельно двигать своими конечностями?
           Мысли эти были столь неприятны, что не на шутку разозлили тигренка.
           Дуррацкая книга, – враждебно посмотрел он на толстый том, лежавший на коленях Анжелы. Если ему только кажется, что он умеет самостоятельно передвигаться, зачем же тогда Первое правило Тайных Игрушек? И как он оказался здесь, если вчера вечером его взяла к себе в постель совсем другая девочка – Катя?
           Впрочем, Анжела не обратила на ярость тигренка никакого внимания.
           – А вот, смотри, это сердце. Оно у нас кровь качает, – с энтузиазмом показала она ему еще одну возмутительную картинку. – Видишь, сколько тут всего? Левая легочная артерия. Легочный ствол. Дуга аорты.
           – Ух ты! – засмеялась она в восторге. – Левое ушко. Это даже у тебя есть.
           – У-у, прикольный ты мой, – принялась она теребить левое ухо Осмотрительного, не замечая попыток тигренка уклониться от ее непрошенных ласк.
           После сердца настал черед картинки с чем-то совсем уж непонятным, словно бы чавкающим, как жидкая грязь в болотце.
           – Перикард. Положение сердца в перикарде (околосердечной сумке), – сосредоточенно прорычала Анжела.
           Точно, у своего папы нарколога книгу сперла, – сердито подумал Осмотрительный, отвернувшись от гадкого «перикарда».
           Анжела на него не смотрела. Старательно шевеля губами, она с трудом выговаривала заковыристые слова:
           – Артериальный конус. Плечеголовной ствол.
           – Ладно, это неинтересно, – захлопнула она страницу с околосердечной сумкой. – Давай лучше нервы посмотрим.
           Однако до нервов еще нужно было добраться. Начав листать книгу чуть ли не с самого начала, Анжела вместо нервов сперва попала на пищеварительную систему и серьезно ткнула пальцем в отвратительного, свернувшегося петлями серого червяка:
           – Вот. Так наш живот устроен. Там, где у тебя шарики.
           И, словно подтверждая свои слова, почухала толстое брюшко тигренка, чувствуя, как шарики перекатываются у него внутри.
           Потом она наткнулась на рисунок артерий шеи и головы. Ярко красный и от этого особенно жуткий. Потом настал черед «Рреспираторной системы». Мучительница Анжела словно специально выбирала для тигренка самые рычащие и угрожающие слова:
           – Брронхи, горртань, трахея…
           – Ага, вот, – наконец-то нашла она то, что хотела. Большой рисунок еще одного непонятного объекта, похожего то ли на серое тесто, то ли на огромный, подгнивший орех.
           – Это мозг. Мы им думаем. Понял?
           – А у тебя есть мозг?
           Подняв тигренка к своему лицу, Анжела испытующе посмотрела ему в глаза.
           Осмотрительный ответил ей таким настороженным взглядом, что голубые глаза Анжелы невольно прищурились.
           – Пожалуй, что есть, – сказала она серьезно.
           Загадочное выражение лица девочки окончательно сбило с толку тигренка. Неужели у него внутри головы спрятан такой подгнивший «орех»? Он покрутил головой, прислушиваясь к своим ощущениям – Анжела как раз начала поворачивать ему голову из стороны в сторону, любуясь его испуганной мордочкой, – и гневно сверкнул глазами на дурную девчонку:
           «Нет у меня в голове никакого гнилого ореха! У меня внутри – только шарики. В животе и в лапах. Совсем новые! А ты сама думай этим мозгом! Дуррра.»
           – Классный тигренок, – мечтательно вздохнула Анжела. – Ну ладно, про головной мозг ты уже знаешь. Давай дальше смотреть.
           Помогая себе рукой с Осмотрительным, девочка перелистнула еще несколько страниц и поставила тигренка на плотный лист белой бумаги – рядом с нарисованной на бумаге, вытянувшейся вверх многоножкой.
           – Спинной мозг, medulla spinalis, с корешками спинномозговых нервов, – прочитала заголовок Анжела и провела пальцем по серой многоножке.
           Тигренок уже приготовился к новой порции будоражащих заклинаний, как вдруг Анжела вскинула голову от книги и прислушалась. Раздраженные голоса ее родителей звучали теперь гораздо громче, чем раньше. Как видно, они покинули кухню и приближались к комнате дочери, продолжая шумно ругаться.
           На лице девочки появилось неожиданно жалобное выражение.
           – Господи, ну сколько можно! – горестно воскликнула она и так громко захлопнула книгу, что Осмотрительный едва успел кувыркнуться на постель.
           – Вот так и живем, – взяв в руку тигренка, грустно сообщила ему Анжела.
           Спихнув на пол «Анатомический атлас», она упала ничком на кровать и застыла, прижав Осмотрительного рукой к покрывалу.
           Тигренок не шевелился. Ему было жаль Анжелу. Но, честно признаться, он был рад, что ее родители начали вдруг так громко скандалить. Не будь они такими ругачими, Анжела еще сто лет мучила бы его этой дурацкой книгой.
           Осмотрительный осторожно повернул голову и посмотрел на лежавшую девочку. Лицо она отвернула к окну, ее пышные светлые волосы рассыпались по золотистому покрывалу. Откуда-то из самой глубины тигренка поднимались, теснились и путались тревожные мысли. Если в людях сделано столько всяких штук для того, чтобы думать, двигаться и ходить, то почему же у него внутри – только шарики? И почему ему не нужно, как людям, дышать и переваривать пищу?
           Раньше он об этом как-то не думал. Все эти сложные вопросы огромного мира словно бы жили где-то сами по себе. Никак не касаясь жизни Осмотрительного. Когда люди ели, это выглядело как одно из условий игры, в которую они никогда не включают плюшевых тигрят. А сердце, про которое они иногда говорили, представлялось ему чем-то вроде большой подушечки алого цвета. Загадочным местом, где живет у людей душа.
           Осмотрительный вдруг остро почувствовал, что ему хочется еще раз забраться в «Анатомический атлас». Там обязательно должна быть картинка, на которой нарисована человеческая душа.
           Он попробовал представить себе такую картинку, но у него ничего не получилось. Вместо души перед ним выплыл хищный скелет. Может быть, это и есть человеческая душа? – с ужасом подумал тигренок. Или душа у людей вроде тех пугающе красных артерий? Или того отвратительного пищеварительного червяка?
           Осмотрительный фыркнул, вздрогнув всем телом.
           Нет уж, лучше вовсе не думать про эту людскую душу!
           Фыркнул тигренок бесшумно – так, чтобы его не могла услышать Анжела. Но девочка все равно что-то почувствовала. Повернувшись набок, она подозрительно поглядела на Осмотрительного. Однако вид у тигренка был такой невинный, что Анжела невольно улыбнулась. Настроение у нее заметно улучшилось. Бодро перекатившись на спину, она подтянулась локтями повыше к подушке, отставила тигренка в сторону, взяла вместо него пульт и включила телевизор.
           Осмотрительный смотрел, как на экране сменяют друг друга умные дяди и тети, сметающие всё вокруг взрывы в каком-то боевике, радостные ведущие телешоу с ослепительно белыми зубами, матч хоккейных команд, пингвины на льду. Анжела раз за разом переключала каналы. И вдруг на экране возник чудесный рекламный ролик. Счастливые родители вместе со своим малышом надували и пускали в воздух большие, разноцветные мыльные пузыри.
           Что рекламировало счастливое семейство тигренок так и не узнал. Палец Анжелы снова нажал кнопку пульта, и по подиуму зашагали длинные, манерные супермодели с высокомерными лицами. Но их холодная отрешенность уже не могла разозлить Осмотрительного. В его черных глазах вспыхнул свет волшебной надежды.
           Что, если на той картинке, где в «Анатомическом атласе» изображена человеческая душа, нарисовано много разноцветных шариков? – улыбнулся он белым кончиком мордочки.
           Тигренок так живо представил себе эту изумительную картинку, что в душе его разом разлился блаженный покой. Шерстка его улеглась, усы разгладились. Супермодели на экране телевизора показались ерундовым явлением. Там, в книге, оставалось еще много страниц, до которых Анжела не успела добраться. И на одной из них наверняка нарисована душа человека, состоящая из множества разноцветных шариков. Которые на самом деле всем управляют.
           Осмотрительный украдкой глянул по сторонам. Как же ему выбраться из квартиры?

Читать дальше

 


Марк Лотарев Харьков 2005
РЕГИСТРАТУРА.РУ: бесплатная автоматическая регистрация в каталогах ссылок и поисковых машинах, проведение рекламных кампаний в Интернете, привлечение на сайт целевых посетителей.


Используются технологии uCoz